Прививка от беспомощности

Беспомощные дети

Бытует мнение, что психология — наука неточная, субъективная: свои наблюдения, сомнительные рассуждения и выводы — это все, что может предложить психолог. Но на самом деле в психологии существуют закономерности и даже законы, не менее точные, чем законы физики. Мы можем о них не знать, но они действуют так же безотказно, как закон всемирного тяготения. «Попав в окружение» определенных условий, человек начинает вести себя так, а не иначе, — как будто по готовому сценарию. «Ну, почему так? Что с ним происходит?», — часто о причинах мы можем только гадать, а экспериментальная психология может их объяснить и доказать опытным путем. Так, в средине 60-ых Мартин Селигман объяснил, почему многие люди, сталкиваясь с трудностями, предпочитают бездействовать. Его эксперименты заложили основу теории «выученной беспомощности», которая стала поворотным пунктом в развитии психологической науки XX века.

Сила эксперимента

Селигман проводил опыты на собаках, которых подвергал несильным, но чувствительным ударам тока. Он поделил их на две группы. У первой была возможность прекратить болевые ощущения, нажав на панель и отключив блок питания. У второй такой возможности не было. То есть различие было в том, что одни контролировали ситуацию, а другие убеждались в тщетности своих попыток. Поэтому, когда всех поместили в ящик с открытым верхом, собаки первой группы сразу выпрыгивали, а собаки второй просто ложились на пол и, поскуливая, переносили удары все большей силы. Они привыкли к тому, что от их усилий ничего не зависит. Из этого Селигман сделал вывод, что «выученную беспомощность» вызывают не сами по себе неприятные события, а невозможность на них влиять и контролировать ситуацию. Живое существо становится беспомощным, если эти неподконтрольные, неуправляемые ситуации повторяются, и активные действия снова не дают результата.

Затем эту закономерность подтвердили эксперименты, в которых принимали участие люди. Двум группам испытуемых предложили найти комбинацию кнопок, отключающую громкий, резкий звук. Первая группа находила нужную комбинацию, а у второй кнопки просто не работали: какие бы комбинации ни набирались, звук не прерывался. Затем испытуемых направляли в другую комнату, где стоял специально оборудованный ящик. Испытуемые должны были положить в него руку. Если рука касалась дна, снова раздавался пронзительный звук, а если противоположной стенки — звук прекращался. Во время второй серии экспериментов те люди, которые не могли повлиять на результат, даже не пытались прекратить неприятные ощущения, а просто сидели и ждали, когда же все закончится, то есть они выучились беспомощности, несмотря на то, что были абсолютно разными людьми.

Симптомы

Конечно, ситуации, когда кажется, что не можешь ни на что повлиять, и предпринимать какие-то действия бессмысленно, знакомы каждому. Но о «выученной беспомощности» можно говорить лишь в случае, когда наблюдаются следующие симптомы.

Первый симптом — инертность: человек не предпринимает активных действий, даже когда может изменить ситуацию в свою пользу. Второй симптом — отсутствие мотивации: у человека уже нет ни готовности, ни желания что-то менять, преодолевая себя и обстоятельства. И третий симптом — сниженный эмоциональный фон: у человека возникает апатия, безразличие ко всему происходящему, чувство разочарования и даже безысходности. То есть активность и энергетический потенциал снижены на всех трех уровнях: действенном, волевом и эмоциональном.

Основная опасность «выученной беспомощности» — тенденция к распространению. Она начинает «пускать метастазы» и проявляется уже в других ситуациях. В результате даже энергичный, активный, уверенный человек становится инертным и безынициативным. То, что раньше еще казалось легким, воспринимается как тяжелый, неподъемный груз — и он не пытается решить даже легко разрешимые задачи. Например, если независимо от результатов человек все время получает нагоняй от руководства, то он теряет уверенность в том, что вообще на что-то способен.

Что нужно делать руководителю, чтобы сформировать выученную беспомощность у сотрудников? Можем дать несколько «вредных советов». Главное — нарушить прямую связь между действиями сотрудников и нашей реакцией на них. Какие есть варианты? Первый — оставляйте незамеченными и промахи, и успехи. Второй — постоянно критикуйте или, наоборот, постоянно поощряйте. Тот, кто знает, что в любом случае его «погладят по головке», как и тот, кто все время подвергается нападкам, научится беспомощности. И третий — сбейте человека с толку: чередуйте критику и похвалу так, чтобы он рассчитывал на одну реакцию, приложив максимум усилий (или, наоборот, схалтурив), а получал совсем другую. Эти советы универсальны, и пригодятся, в том числе и родителям, которые хотят воспитать беспомощных детей.

Отсутствие последствий

Как-то ко мне обратилась женщина, взрослая дочь которой «совершенно ничего не хочет делать». Семья очень обеспеченная, и дочери ни в чем не отказывают. На нее оформили сеть маникюрных салонов в надежде, что она сама будет вести дела и развивать свой бизнес. Но она все пустила на самотек и занимается чем угодно, но только не работой: встречается с подругами, пропадает в фитнес-клубе и т.д. В общем, продолжает вести праздный образ жизни и не испытывает к доверенному ей делу никакого интереса. Родители недоумевают: «Никакой ответственности! Ей на все наплевать!», — и не понимают, почему их ребенок такой беспомощный. С детства они абсолютно все — «взлеты» и «падения», высокие и низкие результаты — принимали как данность, спокойно и нейтрально: что бы она ни делала — никакой реакции. Не имея никаких ориентиров, девушка была как в безвоздушном пространстве, поэтому усвоила: родители в любом случае все поймут и все уладят, а ей не стоит ни о чем беспокоится.

Однотипные последствия

Если ребенок, независимо от своего поведения, сталкивается с совершенно однотипными реакциями взрослых (неважно, с поощрением или с наказанием), то у него теряются критерии оценки своих действий. Удивительно, но дети, которых постоянно хвалят и гладят по головке, окружают вниманием и заботой, безоговорочно поддерживая во всем и всегда принимая их сторону, становятся беспомощными, как и дети, которых держат в ежовых рукавицах, все время отчитывают и наказывают, даже в профилактических целях. И в том и в другом случае дети убеждаются, что от них нечего не зависит: что бы они ни делали — результат один.

Асинхронные последствия

Беспомощность возникает, когда между действиями и их последствиями проходит слишком много времени — человек уже ведет себя по-другому, а оценка остается прежней. Запоздавшие реакции часто дезориентируют и вызывают недоумение. Например, ребенок стабильно получает тройки и выслушивает недовольство родителей. Он прилагает все усилия, чтобы изменить ситуацию и чувствует, что у него получается намного лучше. Но оценки все те же, и учитель относится к нему все так же — как к «середнячку». В конце концов, он бросает заниматься, и вдруг появляется динамика — учитель начинает его хвалить, родители довольны. В результате реакции взрослых на свои действия ребенок начинает воспринимать как лотерею — никогда не знаешь наверняка, чего ждать: поощрений или «штрафных санкций». Ребенок не может выстроить связь между оценками окружения и результатами своей деятельности, а потому возникает вопрос: «стоило ли вообще стараться?»

Выученная беспомощность

Теория «выученной беспомощности» объясняет инертность и инфантильность многих молодых людей, которые воспитывались в благополучных семьях. Сегодня психологически подкованные родители зачастую следуют новомодной тенденции: закрывают глаза на все «прегрешения» детей, считая, что наказания «опасны», и ругать детей нельзя. Кроме того, многие считают, что для формирования высокой самооценки надо давать задания со 100%-ым положительным прогнозом, с расчетом на быстрый и легкий результат. Но выученная беспомощность кормится легкими удачами. Когда задачи решаются без всякого напряжения, почти на автомате, отпадает необходимость в поисковой активности. В последствии дети, которым все легко давалось, не хотят работать там, где требуются постоянные усилия и личная дисциплина. Им трудно доводить работу до конца. Они уверены, что кто-то сделает это за них: «подчистит все хвосты» и «исправить ошибки». У таких «взрослых детей» нет понимания того, что конкретно от них что-то зависит, поэтому и на работе они редко проявляют инициативу и предпочитают держаться в стороне. Свои проблемы стараются переложить на других и думают, что решать их должно руководство, родители или кто-то еще, но только не они сами.

Профилактика беспомощности

Выученную беспомощность проще предупредить, чем лечить: родители должны показать ребенку, что он может управлять ситуацией, и его действия могут приводить как к положительным, так и к отрицательным результатам. Поэтому важно, чтобы он получал своевременную и разнообразную обратную связь. Проявляя свои эмоции, нужно уточнять, чем именно — какими промахами или удачами — они вызваны, и уравновесить «перечень наказаний» «перечнем наград». При этом реагировать важно сразу, а не спустя какое-то время. Иначе претензии становятся общими, теряют связь с результатами конкретных действий, а критика (похвала) списывается на плохое (хорошее) отношение или настроение родителей, то есть признается необъективной.

К «выученной беспомощности» приводит как 100% -но гарантированный и легкий успех, когда человек все делает одной левой, так и постоянные поражения. И в том и в другом случае теряется ощущение зависимости результатов от собственных усилий, поисковая активность падает. Поднять ее можно в ситуации неопределенного прогноза и переменного успеха. Поэтому важно подбрасывать ребенку трудные задачи, требующие от него мобилизации интеллектуальных, моральных и физических сил. Причем лучше, если у них не будет однозначного решения: чем дальше они от формальной логики, тем выше поисковая активность.

Иммунитет от беспомощности формируется еще в детстве. Селигман обнаружил, что, хотя большинство испытуемых быстро учились беспомощности, некоторые были как будто «привиты». Выяснилось, что еще в раннем возрасте их научили понимать, когда их действия вызывают положительные реакции, а когда — отрицательные. Со временем у этих людей выстроились внутренние критерии оценки, и они усвоили, что от их личных усилий многое зависит. Поэтому они пытались изменить ситуацию даже после того, как другие уже прекратили всякие попытки. С таким «иммунитетом» люди всегда готовы к принятию самостоятельных решений и никогда не сдаются. Их оптимизм не ослабевает. Они склонны приписывать неудачи стечению конкретных обстоятельств, а успех объясняют собственными заслугами. У них высокая и стабильная самооценка. В, казалось бы, безвыходных ситуациях они сохраняют поисковую активность, а трудности их только заводят.

Ребенок обучается беспомощности, если родители лишают его инициативы и пытаются все делать за него: «Лучше я сам(а)», «От тебя толку не добьешься». Если вопреки родительским запретам и ограничениям он делает что-то сам, то слышит скептические замечания: «Я так и знала, что у тебя не получится. Нет, чтобы меня попросить». При этом ребенок окружен поистине «материнской заботой». Все оберегают его не только от сложностей, но и от любого проявления самостоятельности: всегда и везде готовы подстраховать, поддержать и «взять удар на себя».

Бытует мнение, что психология — наука неточная, субъективная: свои наблюдения, сомнительные рассуждения и выводы — это все, что может предложить психолог. Но именно эти наблюдения выявляют психологические закономерности и законы, которые подтверждаются экспериментально: если человек попадает в определенные условия, то в его поведении возникают строго определенные изменения. И они неотвратимы. Многих законов мы можем не знать, но это не значит, что они на нас не действуют. Часто мы мучаемся вопросом «ну, почему так?» и лишь интуитивно о чем-то догадываемся. А экспериментальная психология может объяснить даже труднообъяснимые вещи и сделать это не менее точно, чем математика.

Мартин Селигман в 1964 году, будучи еще выпускником университета, объяснил, почему многие люди, сталкиваясь с трудностями, предпочитают бездействовать, и в результате чего даже энергичный, активный, уверенный человек становится инертным и безынициативным. В ходе экспериментов он сделал наблюдение, которое заложило основу теории «выученной беспомощности» — одной из самых известных теорий. Она стала поворотным пунктом в развитии психологической науки всего XX века. Селигману удалось установить, что «выученная беспомощность» возникает в результате повторения ситуаций, когда от наших усилий ничего не зависит — когда мы не можем контролировать происходящее и не в силах что-либо изменить.